No Image

Социальная мобильность формы каналы

0 просмотров
10 марта 2020

Люди находятся в постоянном движении, а общество — в развитии. Поэтому одним из важных механизмов социальной стратификации является социальная мобильность. Впервые теория социальной мобильности была разработана и введена в научный оборот П.А.Сорокиным.

Социальная мобильность определяется как изменение индивидом, семьей, социальной группой места в социальной структуре общества. По существу это все перемещения личности, семьи, социальной группы в системе социальных связей.

Существуют два основных вида социальной мобильности — межпоколенная и внутрипоколенная, и два основных типа — вертикальная и горизонтальная. Они в свою очередь распадаются на подвиды и подтипы.

Межпоколенная мобильность предполагает, что дети достигают более высокой социальной позиции либо опускаются на более низкую ступеньку, чем их родители. Например, сын рабочего становится инженером.

Внутрипоколенная мобильность имеет место там, где один и тот же индивид на протяжении жизни несколько раз меняет социальные позиции. Иначе она называется социальной карьерой. Например, токарь становится инженером, затем начальником цеха, директором завода и т.д.

Вертикальная мобильность — это перемещение индивидов, социальных групп из одной страты (сословия, класса, касты) в другую, при котором существенно меняется их социальное положение. Если при этом происходит подъем по социальной лестнице, имеет место восходящая мобильность, если же социальный спуск, скольжение вниз — нисходящая мобильность. Повышение в должности — пример восходящей, а разжалование — нисходящей мобильности.

Горизонтальная мобильность — переход индивида или социальной группы от одной социальной позиции к другой, находящейся на том же уровне. Примером может быть переход из одной профессии в другую, при котором не происходит существенное изменение социального положения.

Разновидностью горизонтальной мобильности служит географическая мобильность. Она подразумевает простое перемещение из одного места в другое при сохранении прежнего статуса. Однако если к перемене места добавляется перемена статуса, то географическая мобильность превращается в миграцию.

Кроме того, различают индивидуальную и групповую мобильность. Групповая мобильность происходит там и тогда, где и когда повышается или понижается общественная значимость целого класса, сословия, касты, ранга, категории. По мнению П.А.Сорокина, причинами групповой мобильности служили следующие факторы: социальные революции; иностранные интервенции, нашествия; межгосударственные и гражданские войны; военные перевороты и смена политических режимов; замена старой конституции новой; крестьянские восстания; междоусобная борьба аристократических родов; создание империи.

Индивидуальная мобильность имеет место тогда, когда перемещение вниз, вверх или по горизонтали происходит у отдельного человека независимо от других.

Каналы социальной мобильности. Доступность путей для социальной мобильности зависит как от индивида, так и от структуры общества, в котором он живет. Для того чтобы полностью изменить социальный статус, у индивидов часто возникают проблемы вхождения в новую субкультуру группы с более высоким статусом, а также связанная с этим проблема взаимодействий с представителями новой социальной среды. Для преодоления культурного барьера и барьера общения существует несколько способов, к которым так или иначе прибегают индивиды в процессе социальной мобильности.

1. Изменение образа жизни. Для усвоения нового статусного уровня ему необходимо принять новый материальный стандарт, соответствующий этому уровню. Устройство квартиры, покупка книг, телевизора, машины и т.д. все должно соответствовать новому, более высокому статусу.

2. Развитие типичного статусного поведения. Ориентированная на вертикальную мобильность личность не будет принята в более высокий социально-классовый слой до тех пор, пока не усвоит образцы поведения этого слоя настолько, чтобы следовать им без каких-либо усилий. Образцы одежды, словесные обороты, проведение досуга, манера общаться все это подвергается пересмотру и должно стать привычным и единственно возможным типом поведения.

3. Изменение социального окружения. Этот способ основан на налаживании контактов с индивидами и ассоциациями того статусного слоя, в который социализируется мобильный индивид. Идеальным условием вхождения в новый слой является положение когда индивид полностью окружен представителями того слоя, куда он стремится попасть.

4.Брак с представителем более высокого статусного слоя. Во все времена такой брак служил наилучшим средством преодоления барьеров, стоящих на пути социальной мобильности. Во-первых, он может в значительной степени способствовать проявлению талантов, если дает материальное благополучие. Во-вторых, он предоставляет индивиду возможность быстрого подъема, часто минуя несколько статусных уровней. В-третьих, брак с представителем или представительницей более высокого статуса в значительной степени разрешает проблемы социального окружения и быстрого освоения образцов культуры высшего статусного слоя.

Такие социальные институты как армия, церковь, школа, семья, собственность используются в качестве каналов вертикальной мобильности.

Армия функционирует в этом качестве не в мирное, а в военное время. Крупные потери среди командного состава приводят к заполнению вакансий из более низких чинов. Повысившись в звании, они используют полученную власть как канал для дальнейшего продвижения и накопления богатств. У них появляется возможность грабить, мародерствовать, захватывать трофеи, брать контрибуции, уводить рабов, окружать себя помпезными церемониями, титулами, передавать свою власть по наследству.

Церковь как канал социальной циркуляции переместила большое число людей с низов до вершин общества. Геббон, архиепископ Реймса, был в прошлом рабом. Папа Григорий VII — сыном плотника. Церковь была каналом не только восходящего, но и нисходящего движения. Тысячи еретиков, язычников, врагов церкви были отданы под суд, разорены и уничтожены. Среди них было немало королей, герцогов, князей, лордов, аристократов и дворян высоких рангов.

Школа. Институты воспитания и образования, какую бы конкретную форму они ни приобретали, во все века служили мощным каналом социальной циркуляции. Большие конкурсы в колледжи и университеты во многих странах объясняются тем, что образование является самым быстрым и доступным каналом вертикальной мобильности.

Собственность наиболее ярко проявляется в виде накопленных богатств и денег. Именно они — один из самых простых и действенных способов социального продвижения. В XV-XVIII вв. европейским обществом стали править деньги. Достигали высокого положения только те, кто имел деньги, а не знатное происхождение.

Семья и брак становятся каналами вертикальной циркуляции, если в союз вступают представители разных социальных страт.

Понятие социальной мобильности означает перемещение индивидуумов (иногда групп) между различными позициями в иерархии социальной стратификации, связанное с изменением своего статуса. Согласно определению П. Сорокина, «под социальной мобильностью понимается любой переход индивида… от одной социальной позиции к другой».

Различают горизонтальную и вертикальную социальную мобильность. Горизонтальная социальная мобильность означает изменение социальной позиции без изменения ранга (человек работал учителем в одной школе, но перешел в другую). Вертикальная мобильность означает изменение своего статуса с изменением ранга: учитель становится директором школы, директор становится депутатом и др. Вертикальная социальная мобильность может быть восходящей и нисходящей.

Различают также внутрипоколенную и межпоколенную социальную мобильность. При внутригтоколенной мобильности изменение, социального положения происходит в пределах одной человеческой жизни, при межпоколенной — речь идет об изменении социального положения детей по сравнению с их родителями. Если такого изменения нет, то можно сделать вывод о ригидности (устойчивости, инертности) стратификационной структуры.

Интенсивность социальной мобильности зависит от проницаемости границ между стратами и классами общества. Если эти границы непроницаемы (закрытая структура), то социальная мобильность минимальна, в обществе преобладают предписанные статусы. Если границы между классами проницаемы (открытая структура), то социальная мобильность весьма интенсивна, преобладают достигаемые статусы. Надо отметить, что не существует абсолютно закрытых или абсолютно открытых систем, можно говорить лишь о большей или меньшей степени того или другого.

Наиболее ярким примером общества, близкого к закрытому типу, служит Древняя Индия с ее жесткой системой каст, когда принадлежность к касте наследовалась, освящалась религиозными верованиями и изменению не подлежало, а общение между членами каст ограничивалось. В современной Индии каст тысячи и они по-прежнему влияют на поведение людей. В частности браки представителей разных каст осуждаются.

Стратификационная система средневековых европейских обществ также была близка к закрытой. Рыцарем, аристократом также как и крестьянином человек был от рождения. Однако крестьянин мог стать ремесленником, монахом, торговцем. Феодал также мог стать клириком. В средневековых университетах Европы могли учиться представители почти всех сословий. Т.е. несмотря на трудность изменения социального положения и на то, что такое изменение своего статуса часто осуждалось, возможность для него все же существовала, а значит, система не была абсолютно закрытой.

Читайте также:  Men of war gold war

К варианту абсолютной открытости приближается современное общество. Факт изменения своего положения скорее правило, чем исключение. Однако мы не можем сказать, что современное общество предоставляет всем равные шансы для социального роста. Таких шансов гораздо больше у сына богатых родителей, чем у сына родителей не очень зажиточных, у выпускника престижного ВУЗа больше, чем у выпускника провинциального института, у мужчины до сих пор больше, чем у женщины, у жителя крупного города больше, чем у жителя деревни и т.д. Это говорит о том, что одним людям проще изменить свой социальный статус, чем другим, а также о существовании чего-то подобного средневековым привилегиям. Т.о. и современное общество равных возможностей и всеобщей открытости тоже не является обществом с полностью открытой социальной структурой.

В любом структурированном обществе существуют определенные каналы социальной мобильности, т.е. пути, следуя которым индивид может изменить свой социальный статус. П. Сорокин выделил несколько таких каналов:

1) Образование — с древности и вплоть до сего дня овладение знанием давало шанс повысить свой статус. Поэтому доступ к образованию всегда был затруднен, предполагал достаточно жесткий отбор кандидатов. В принципе, даже в современном обществе при всей доступности образования, существуют элитные образовательные учреждения, доступ в которые ограничен.

2) Армия, или участие в военных действиях (на закате Римской империи преторианцы имели шанс не только выбирать императоров, но и самим становится императорами). Наполеон и де Голль также получили власть благодаря военным действиям. В современных обществах этот путь не самый распространенный. Однако он по-прежнему актуален в обществах, где военные – главная политическая сила.

3) Фаворитизм – близость к тем, кто имеет власть и влияние. Такой путь возвышения наиболее характерен для патриархальных обществ с закрытой структурой стратификации, а к таковым можно отнести все доиндустриальные общества. В современном обществе существует в виде «знакомств», неофициальных протекций и т.д.

4) Экономическая деятельность. В случае успеха приводит к богатству, которое дает возможность для дальнейшего социального восхождения.

5) Удачный брак, то есть брак с представителем более высокого класса.

К этим каналам можно добавить также характерный для современного демократического общества:

6) Участие в политических движениях и партиях. Надо отметить, что в качестве таких каналов могут выступать фактически все социальные институты, а также работа в разного рода бюрократических организациях, структуре которых присуща четкая иерархия уровней, восхождение по которым означает повышение статуса.

В обществе могут существовать и «обходные пути» для социальной мобильности. Это обусловлено тем, что легальные каналы доступны не всем и не в одинаковой мере. Наиболее известным нелегальным каналом является организованная преступность.

Коллективная (групповая) социальная мобильность

Групповая мобильность имеет место тогда, когда свое социальное положение меняет группа, слой или класс. Реформы Российского общества, проводимые с середины 80-х годов, привели к тому, что ряд групп утратил свое положение или существенно понизил свой статус (парт номенклатура, инженерно-технические работники, преподаватели школ и ВУЗов, представители военно-промышленного комплекса и др.). В то же время возникли новые группы и новые элиты в разных сферах деятельности (хотя новые элиты включили и многих наиболее активных представителей старых элит, той же партийной номенклатуры).

Коллективная мобильность характерна именно для обществ, переживающих коренные реформы или революции. Европейская буржуазия, чтобы закрепить свое экономическое господство, прошла через ряд революций, давших ей и политическую власть, оттеснив представителей наследственной аристократии. Российская революция 1917 года привела не только к подавлению, но фактически к полному физическому уничтожению прежний господствующий класс — дворянство, что может служить примером нисходящей групповой мобильности.

Коллективная социальная мобильность сопровождается как правило масштабными изменениями, в системе ценностей данного общества На смену преобладающей культуре прежних элит приходят ценности и нормы новых «хозяев жизни». Приход к власти класса буржуазии, что означало становление нового типа общества – капиталистического, привел к тому, что прежние аристократические ценности (честь рода, щедрость вплоть до расточительности, воинская доблесть, культ прекрасного и т.д.) сменились буржуазными добродетелями (трудолюбие, бережливость, простота и чистота нравов, скромность, расчетливость). В конце 60-х – начале 70-х годов нашего столетия переоценке подверглись и эти буржуазные добродетели. После молодежных бунтов, охвативших в этот период европейские страны и США, получили распространение новые ценности – гедонизм, потакание собственным желаниям, свободное отношение к моральным нормам, ориентация на развитие собственной индивидуальности. Эти ценности лежат в основе современного западного общества потребления и современной массовой культуры, создавая определенные трудности. Трудности заключаются в том, что подобные ценности сложно совместить с социальными обязательствами, долгом и ответственностью, без которых общество существовать не может.

Коллективная мобильность распространена в обществах, где индивидуальная мобильность сведена к минимуму. Примером такого общества служит Индия, где время от времени происходят изменения в положении отдельных каст. Индивиды же остаются прочно «привязанными» к своим кастам.

Произвольный выбор критериев для определения социальных классов и слоев обусловлен целым комплексом процессов в современных обществах, сглаживающих классовые различия. Мы вновь обратимся к данной проблеме в завершение темы № 6, в коротком эссе «Конец общества больших групп?»

§ 5. Что такое маргинальность?

Маргинальность – это специальный социологический термин для обозначения пограничного, переходного, структурно-неопределен­ного социального состояния субъекта. Людей, по разным причинам вы­падающих из привычной социальной среды и неспособных примкнуть к новым общностям (зачастую по причинам культурного несоответст­вия), испытывающих большое психологическое напряжение и пережива­ющих своеобразный кризис самосознания, называют маргиналами.

Теория маргиналов и маргинальных общностей была выдвинута в первой четверти XX в. одним из основателей Чикагской социологиче­ской школы (США) Р. Э. Парком. Но еще К. Маркс рассма­тривал проблемы социального де­классирования и его последствий, а М. Вебер прямо сделал вывод о том, что движение общества начина­ется тогда, когда маргинальные слои организовываются в некую соци­альную силу (общность) и дают толчок социальным изменениям – ре­волюциям или реформам.

С именем Вебера связана более глубокая трактовка маргинальности, которая позволила объяснить формирование новых профессиональных, статусных, религиозных и подобных им сообществ, которые, конечно же, не во всех случаях могли возникать из «социальных отб­росов» – индивидов, насильственно выбитых из своих общностей (безработных, беженцев, мигрантов и др.) или асоциальных по выб­ранному стилю жизни (бродяг, наркоманов и т. п.). С одной стороны, социологи всегда признавали безусловную связь между возникнове­нием массы людей, исключенных из системы привычных (нормальных, т. е. принятых в обществе) социальных связей, и процессом формиро­вания новых общностей: негэнтропийные тенденции и в человеческих сообществах действуют по принципу «хаос должен быть как-то упоря­дочен». (Именно подобные процессы происходят в современном рос­сийском обществе.)

С другой стороны, возникновение новых классов, слоев и групп на практике почти никогда не связано с организованной активностью попрошаек и бомжей, скорее оно может рассматриваться как строи­тельство «параллельных социальных структур» людьми, чья общест­венная жизнь до последнего момента «перехода» (который часто выг­лядит как «прыжок» на новую, заранее подготовленную структурную позицию) была вполне упорядоченной.

Под маргиналами понимаются индивиды, их группы и общности, формирующиеся на границах социальных слоев и структур и в рам­ках процессов перехода от одного типа социальности к другому или в пределаходного типа социальности при его серьезных деформа­циях.

Среди маргиналов могут быть этномаргиналы: национальные меньшинства; биомаргиналы, чье здоровье перестает быть предметом забо­ты социума; социомаргиналы, как, например, группы, находящихся в процессе незавершенного социального перемещения; возрастные маргиналы, формирующиеся при разрыве связей между поколениями; поли­тические маргиналы: их не устраивают легальные возможности и легитимные правила общественно-политической борьбы; экономичес­кие маргиналы традиционного типа (безработные) и так на­зываемые «новые бедные»; религиозные маргиналы – стоящие вне ко­нфессий или не решающиеся осуществить выбор между ними; и, нако­нец, криминальные маргиналы; а возможно, еще и просто те, чей ста­тус в социальной структуре не определен.

Читайте также:  Acer iconia talk s a1 734

Классическим примером социомаргинала-мигранта можно назвать главного героя кинофильма «Афоня» (режиссер Г. А. Да­нелия, 1974 г.).

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Проблема социальной мобильности широко представлена в социологической литературе (П.Сорокин, П. Блау, Б. Барбер, Э. Гидденс, Дж. Голдторп, О.Д. Данкен, С.М. Липсет, Р. Бендикс, Р. Эриксон и др.; из российских – З.Т.Голенкова, Т.И. Заславская, В.И. Ильин, В.В. Радаев, Р.В. Рывкина, А.Ф.Филиппов, М.А. Шабанова, О.И. Шкаратан, М.Ф. Черныш и др.).

Работы П. Сорокина были первыми в этой области, но, по признанию Э. Гидденса, Сорокин применял примитивные методики, которые в настоящее время непопулярны в западной социологии, но, по нашему мнению, вполне приемлемы к анализу процессов социальной мобильности в постсоветском российском обществе именно потому, что оно с большим опозданием вступило на путь капитализации.

П. Сорокин определял социальную мобильность очень расширительно – как «любой переход индивида или социального объекта (ценности) из одной социальной позиции в другую[132].

Различаются следующие формы социальной мобильности:

— горизонтальная (переход из одной социальной группы в другую, расположенную на одном и том же уровне) и вертикальная (перемещения из одного социального пласта в другой); она может быть как восходящей (социальный подъем), так и нисходящей (социальный спуск»)[133]: Восходящая более характерна для выходцев из средних классов, нисходящая и иммобильность — для низших слоев (Д. Глас, Б. Барбер)[134];

интрагенерационная, или внутрипоколенческая (продвижение в карьере в течение всей трудовой жизни отдельного человека) и интергенерационная, или межпоколенческая мобильность (изменения социального статуса при переходе к следующему поколению)[135];

структурная (перемещения в связи с фундаментальными изменениями в структуре занятости) и неструктурная мобильность (для любых перемещения, не предполагающие подобных изменений)[136];

абсолютная (соотношение мобильных и иммобильных индивидов в пределах статусной позиции, например, фермеров и крестьян) и относительная (наличие неравенства жизненных шансов выходцев из различных слоев общества) формы мобильности.

В послеоктябрьский (1917 г.) период произошла кардинальная трансформация социальной структуры, в результате чего социальная мобильность стала чрезвычайно динамичной. Просоветская интеллигенция, придя на смену «буржуазным специалистам», пополнила свои ряды людьми менее образованными и менее компетентными, но лояльными новой власти. В данном случае мобильность вниз ранее позитивно привилегированных социальных групп была компенсирована восходящей мобильностью прежде негативно привилегированных групп. В 1917-1928 гг. путь от рабочих до ответственных работников прошли около 260 тысяч человек при общей численности рабочих в 1,7 млн. человек. Пополнение рабочего класса (среднегодовая численность рабочих возросла с 8,5 млн. человек в 1928 г. до 23,6 млн. человек в 1940 г.) происходило в основном за счет выходцев из села[137]. «Новые рабочие» промышленных предприятий не обладали качествами, предъявляемыми производством индустриального типа. Оказавшись в непривычной для себя городской среде, отчужденные и от традиционной для них, и от новой городской культуры, они заполняли маргинальные социальные ниши.

В советском обществе социальные перемещения официально регулировались («ленинские призывы» в 1920-е гг., расширение «дружественной» рабочим и крестьянам «прослойки» — интеллигенции в 1930-е гг., подбор кадров определенных категорий согласно номенклатурным спискам, квотирование социального состава представительных органов власти всех уровней).

К 1939 г. 950 тысяч рабочих и крестьян, восполнили ряды новой советской интеллигенции. Были созданы военные учебные заведения, рабфаки, различные краткосрочные курсы по подготовке руководящих партийных и советских кадров. В итоге к 1938 г. в стране уже насчитывалось около 13 млн. занятых умственным трудом. Численность студентов в советских вузах к 1940г. увеличилось до 812 тысяч человек[138]. Советское общество было открытым для социального восхождения ранее негативно привилегированных групп. По собранным нами материалам историй семейных династий, студентов ряда татарстанских вузов и средних специальных учебных заведений (Казанский государственный технический университет им. А.Н. Туполева, Елабужский государственный педагогический институт, Нижнекамский муниципальный институт, Казанское педагогическое училище), в 1930-е гг. подвергались различным видам репрессий (раскулачены, высланы, расстреляны) близкие родственники у 10% студентов педагогического училища, у 11% студентов Нижнекамского муниципального института, у 19% студентов Казанского технического университета. По тем же данным, именно в советский период были реализованы практики восходящей мобильности, которые могли и не состояться, если бы не было послеоктябрьских (1917 г.) преобразований: у 25% студентов педагогического училища, 23% студентов Нижнекамского муниципального института, 24% студентов Елабужского педагогического института, 14,5% студентов технического университета близкие родственники выдвинулись на руководящие должности именно в годы советской власти (были руководителями предприятий, председателями колхозов, директорами совхозов, ответственными работниками или секретарями парткомов, райкомов, обкомов партии, сделали военную карьеру)[139].

Все социальные преобразования и события истории страны так или иначе сказались на жизненных стратегиях людей. Для одних революционные (1917г.) преобразования предоставили большие возможности восходящей социальной мобильности, для других оказались решающими для социального снижения. Соответственно судьбы последующих поколений складывались либо достаточно удачно (получение высшего образования, успешная профессиональная карьера), либо, напротив, имела место нисходящая в сравнении с родителями социальная мобильность (семья была зажиточной – стала бедной; родители ориентировались на получение их детьми образования – у последних не было возможности учиться. Складывались и другие жизненные ситуации с противоположными характеристиками).

Факторами таких практик социальной мобильности стали революция, гражданская война, В историях семейных династий указывались обстоятельства, когда одни воевали на стороне Красной армии, другие были белогвардейцами; одни были батраками, другие — кулаками и репрессированными). Во всех историях семейных династий образование выступает одним из определяющих факторов социальной (как восходящей, так и нисходящей) мобильности в советский период). При этом для деревенских жителей старшего поколения была характерна преимущественно нисходящая социальная мобильность.

В российском обществе постсоветского периода прежние институты социальной мобильности перестали действовать. Потоки социальных групп устремились вниз по общественной лестнице. Утратили свое значение старые критерии социального продвижения. Образование перестало играть значимую роль. Возникли новые субъекты либерализирующейся экономики.

Восходящую социальную мобильность по такому индикатору, как имущественное положение, совершил верхний слой общества, к которому Т.И. Заславская относит правящую политическую элиту, олигархические слои (собственники крупного и сверхкрупного капитала), противоправные группы (субъекты экономической преступности)[140].

Социальная мобильность российских экономических элит определялась их предшествующей позицией в социально-профессиональной структуре этакратического общества. Рабочие стали массовой непривилегированной частью общества, закрепив за собой статус самовоспроизводящейся социальной группы, для которой высшее образование, один из важнейших социальных лифтов, оказалось недоступным. Экономические реформы «спустили» на нижние ступени социальной иерархии и «владельцев знаний», поскольку идеологами либерализации экономики делалась ставка на «владельцев капитала, собственности».

Ни одна социальная группа не претерпела такой спонтанной мобильности в начальный период социально-экономических преобразований, как лица интеллектуальных профессий: часть интеллигенции внедрилась в элиту (сначала выступив в качестве обличителя номенклатуры и ее привилегий, в последующем определенная ее часть успешно освоила образ и стиль жизни этой привилегированной страты, достигнув ее уровня жизни); другая ее часть перешла в сферу предпринимательства; многие представители интеллектуальных профессий занялись несвойственной им деятельностью, уходя из профессии; часть данной социальной группы занята низкооплачиваемой работой на предприятиях и в учреждениях с бюджетным финансированием. Наиболее готовой к восходящей социальной мобильности в 1990-е годы оказалась новая социальная группы – предприниматели; социальное восхождение данной группы в 1990-е годы. было недостаточно легитимно.

Вертикальная (как восходящая, так и нисходящая) мобильность проходит по различным каналам социальной циркуляции. Термин «социальная циркуляция» введен в научный оборот П. Сорокиными и, на наш взгляд, незаслуженно выпал из научного оборота. При вертикальной мобильности между слоями должны присутствовать «мембраны», «отверстия», «лестницы», «лифты», «пути», по которым индивиды перемещаются вверх или вниз из одного слоя в другой[141].

П. Сорокин называл семь главных каналов социальной циркуляции – армия, церковь, школа, политические, экономические и профессиональные группы, семья[142].

Читайте также:  1С бухгалтерия установка цен номенклатуры

1) Армия. Служба в армии в советский период обеспечивала определенные льготы при поступлении в вуз, при профессиональном переобучении после армии, для миграций, связанных с организованным набором рабочей силы. Это был мощный институционализированный канал социальной циркуляции для тех, кто не мог иначе повысить свой социальный статус (поступление в военное училище и пополнение офицерского корпуса было престижно; получение военного образования являлось предпосылкой для дальнейшей восходящей социальной мобильности молодых военнослужащих).

В настоящее время армия еще не стала каналом восходящей социальной мобильности.

2) Конфессиональные институты. В советский период духовный сан в качестве социального статуса не был привлекателен для молодежи и наиболее образованной части общества ввиду идеологической травли религии, поэтому конфессиональные институты не были каналом восходящей мобильности. В российском обществе указанные институты испытывают интеллектуальное омоложение и обновление. В 2000-е гг. пятая часть московских священников являлась выпускниками МГУ[143]. С возвращением религии в общественную жизнь конфессиональные институты превратились в престижную сферу профессиональный деятельности.

3) Образование. Институт образования и в советском обществе был «лифтом, идущим вверх». В настоящее время возможности восходящей мобильности у массовой части общества ограничены. Социальная среда обучения в российских школах все более дифференцируется, что позволяет констатировать усиление стратифицирующей роли школы. В этом отношении был прав П. Сорокин, утверждавший, что образование является механизмом «аристократизации» и стратификации общества, а не «выравнивания» и эгалитаризации. П. Сорокин называл школу «социальным элеватором», первичным тестирующим, селекционирующим институтом[144].

4) Политика. Этот канал социальной циркуляции действовал безотказно в советский период — на руководящие должности назначались преимуществено члены КПСС. Важным фактором социальной мобильности являлось занятие руководящих должностей в исполнительных органах власти. Роль представительных органов власти была девальвирована: депутатство в сельском, районном или областном советах лишь в незначительной мере способствовало восходящей социальной мобильности. Альтернативность выборов в представительные органы власти, начиная с 1990-х гг., открыла шлюзы вышеназванного канала социальной циркуляции, через которые устремилась к власти как к средству достижения успеха и самореализации самая амбициозная часть населения (большей частью — из числа жителей столичных и крупнейших городов). Для населения малых городов и села этот канал циркуляции почти закрыт.

5) Экономика. Как писал П. Сорокин, «накопление богатства – один из самых простых и действенных способов социального продвижения»)[145]. Это суждение не потеряло своей актуальности и в настоящее время.

6) Профессиональные группы. Профессиональная принадлежность в любом обществе является одним из важнейших факторов социальной мобильности. Чем выше социальный статус индивида в социально-профессиональной структуре, тем выше его статус во всех остальных измерениях неравенства. В советском обществе профессиональные достижения для социального восхождения играли меньшую роль, более значимой была принадлежность к партийно-номенклатурным позициям; профессиональная мобильность была ограничена; существовали определенные квоты для выходцев из семей рабочих и крестьян, «допускающие» в достаточно престижную профессию, сейчас эти квоты сняты. «Допуск» в престижную профессию блокируется другими (финансовыми) механизмами. Усилились хаотические перемещения людей из одной профессиональной сферы в другую (из-за неудовлетворенности материальным вознаграждением труда, сокращений рабочих мест). Однако если в западных обществах эти перемещения преимущественно связаны с личным выбором индивида (смена прежней профессии на другую соответственно способностям и призванию), то в период становления новых экономических отношений у значительной части людей профессиональная мобильность была связана с материальным фактором.

Значимость социально-профессионального статуса в настоящее время усиливается (чем выше социально-профессиональный статус, тем выше вероятность попадания в среднедоходные социальные группы).

7) Семья. Она обеспечивает жизненный старт ребенка – его путь в образование и через него – на занятие соответствующих ступеней в социальной иерархии. «Семейный фон» в школьном образовании, как писал Дж. Коулман, н делится на три компонента – финансовый капитал, человеческий капитал, социальный капитал. Финансовый капитал измеряется семейным богатством или доходом. Человеческий капитал измеряется годами обучения или образованием родителей. Социальный капитал семьи (отношения между детьми и родителями) отличается от каждого из них: « Если человеческий капитал, которым обладают родители, не дополняется социальным капиталом, воплощенным в отношениях в семье, то это не имеет большого значения для образовательного роста ребенка»[146].

Э. Гидденс придерживается мнения, что даже в самых динамичных обществах «равенства возможностей» высшие позиции удается занимать немногим. Большинство достигших социальной вершины принадлежат к тем, кто имел стартовые преимущества: почти никто из богатых не начинал с нуля, значительная часть их использовала получение наследства или имела первоначальный капитал, который потом она увеличивала. В Великобритании, как отмечает Э. Гидденс, самый надежный способ разбогатеть – это родиться богатым[147].

Жизненные шансы детей в российском обществе зависят экономиечского и социального капитала семьи. Родители, обладающие высоким социальным статусом, обеспечивают широкие возможности своим детям достичь высших ступеней социальной лестницы (инвестированием учебы своих детей в престижных учебных заведениях, социальными связями, способствующими успеху их детей в деловой карьере, созданием условий (найм домработницы, репетиторов), увеличивающих свободное время матери для эмоционального общения со своими детьми.

У семьи, где родители занимают нижние ступени социальной лестницы, перспективы восходящей социальной мобильности ограничены (отсутствие доступа к обучению своих детей в престижной школе; низкий уровень доходов, не позволяющий обеспечение благоприятных условий, в т.ч. и жилищных, для домашних учебных занятий, для оплаты услуг спортивных и художественных секций и студий и дт.п.).

Как главную перемену социальной роли семьи в российском обществе постсоветского периода следует рассматривать тот факт, что семья стала действенным каналом распределения индивидов по стратам и внутри страт, их послешкольной селекции по социальным нишам.

Новые процессы в социальной мобильности населения в российском обществе имеют и выраженную поселенческую специфику. Прослеживается неравенство жизненных шансов провинциального, особенно сельского населения. Укрупнение малокомплектных школ приводит к свертыванию образовательных практик в селах с малочисленным населением.

Провинция в течение длительного времени будет нуждаться в «адресной» социальной политике — в расширении государственного инвестирования образовательной сферы в малых городах и селе.

Есть необходимость вернуться к советской практике приема на бюджетной основе и по дифференцированному конкурсу в вузы из школ, находящихся в малых городах и селе, с последующим возвращением туда на работу выпускников вуза, а также приема в вузы вне конкурса и за счет госбюджета отслуживших в армии, призывавшихся из малых городов и села. В существенной перестройке нуждается семейная политика. По имеющимся данным, каждая пятая российская семья в настоящее время не способна социализировать своих детей. Это значит, бремя социализации нового поколения будут нести общество, школа.

Нужны национальные проекты, способствующие ослаблению территориального фактора социальной мобильности и в целом – социокультурной дистанции между «центром» и «периферией» страны.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ:

1. Почему людей издревле волнует вопрос о равенстве? Возможно ли полное социальное равенство? В чем разница между неравенством, стратификацией и классовым делением? Выделите основные типы социального неравенства и теории, по-разному их трактующие.

2. Что такое социальная стратификация, социальная страта и социальный статус? Какие разновидности статуса Вы знаете? Что такое статусная несовместимость и статусная кристаллизация? Как соотносятся понятия социальной группы и страты, а также понятия социального неравенства и стратификации?

3. Раскройте понятие "социальная мобильность" и основные типы такой мобильности. Охарактеризуйте стратификацию в закрытом и открытом обществе.

4. Разберите понятия "социальная структура", "класс", "социальный слой". Какие препятствия для социальной мобильности существуют в открытом обществе?

5. Какие каналы социальной мобильности являются основными в российском обществе? Какова специфика восходящей и нисходящей мобильности в советском и постсоветском российском обществах?

Социальное неравенство и депривация. Социальная стратификация, страта, предписанный и достижимый статус, статусная несовместимость и кристаллизация, закрытое и открытое общество, социальное закрытие. Стартовые возможности и личные диспозиции. Типология социальных структур. Высший, средний и низший классы общества. Виды социальной мобильности.

Последнее изменение этой страницы: 2016-04-19; Нарушение авторского права страницы

Комментировать
0 просмотров
Комментариев нет, будьте первым кто его оставит

Это интересно
Adblock detector